Алый флаг Аквилонии Спасите наши души
![Алый флаг Аквилонии Спасите наши души](/uploads/covers/2023-08-03/alyj-flag-akvilonii-spasite-nashi-dushi-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Александр Михайловский
- Жанр: Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат, сетевая литература / Социально-философская фантастика
- Дата выхода: 2022
Читать книгу "Алый флаг Аквилонии Спасите наши души"
31 марта 3-го года Миссии. Воскресенье. Два часа пополудни. Первый этаж, правая столовая Большого Дома. Совет вождей.
- Итак, товарищи, - открывая заседание, сказал Сергей Петрович, - зиму мы пережили, теперь впереди горячая пора трудовых свершений и, возможно, военных подвигов. Уважаемый Гай Юний, вы хотите что-то сказать?
- О да, - произнес честный центурион, - мы вам не верить, но зима быть страшный. В Риме такой не бывать никогда. Но с ваша помощь мы ее пережить хорошо, и теперь смотреть в будущее с оптимизм. Теперь я хотеть сказать насчет война. Мы к ней готовиться и изучать тактика сражений будущих времен. Мы думать, что для наши парни лучше всего подойти так называемый швейцарский тактика. Одинаково хорошо и против кавалерия, и против пехота, пока враг не начинает делать пиф-паф. Тогда мы отходить назад, и вы начинать стрелять в него из свой ружье и пулемет. А потом мы снова идти вперед и убиваем тот, кто останется.
- Да, - сказал Андрей Викторович, - уважаемый Гай Юний прав. Но чтобы использовать его парней таким образом, у нас не хватает доспехов. Лорика хамата - или, по-нашему, кольчуга - весит десять-двенадцать килограмм, при этом неплохо защищает от рубящих и режущих ударов, значительно хуже от стрел (особенно если те выпущены из длинного кельтского лука), и плохо противостоит прямым ударам копьем. Основная защита римских легионеров - это щит-скутум, который при переходе к швейцарской тактике придется бросить, ибо для того, чтобы действовать длинным копьем или алебардой, необходимы обе руки. Поэтому в дополнение к кольчуге бойцам в первых двух линиях понадобится цельнокованый или пластинчатый нагрудник, наплечники и такие же наручи на обе руки. Кроме того, римские шлемы-галеи2 неплохо защищают бойца от ударов сверху и сбоку, но совершенно бесполезны, если противник тычет ему острой сталью прямо в лицо, а тот не может поднять щит, чтобы защититься от удара. Поэтому двум первым линиям необходимы шлемы с опускающимися забралами. Если мы ждем сюда незваных гостей из высокого средневековья, то все это следует изготовить как можно скорее, но у нашего единственного кузнеца вместе с подмастерьем, даже если они забросят все другие дела, на такую работу уйдет несколько лет.
Антон Игоревич немного искоса посмотрел на главного охотника и военного вождя, и ворчливо сказал:
- Андрей, а зачем вам с господином Гаем Юнием нужны стальные нагрудники и наручи, когда у нас тут прямо под боком лежит тонн десять дюралюминия в виде трехмиллиметрового листа, и еще столько же - в виде конструкционных элементов, которые можно переплавить? По прочностным характеристикам этот материал представляет собой что-то среднее между низко- и среднеуглеродистыми сталями, но зато в три раза легче их, не подвержен коррозии, и при этом поддается обработке штамповкой на гидравлическом прессе. Вопрос только в изготовлении печи для отпуска листа, самого пресса и соответствующих пуансонов и матриц3 для изготавливаемых изделий.
- Ну вот, - со вздохом вымолвил Алексей Михайлович Гернгросс, - я так и знал. Впрочем, с самого начала было понятно, что отсюда наша «тушка» уже никуда не полетит, так что уж давайте, режьте нашу птичку на части, если это пойдет всем пользу.
- Ну хорошо, Антон, - сказал Сергей Петрович, - если хозяин самолета дал добро, то, значит, так тому и быть. Но скажи, из чего ты собрался сделать ручной пресс, ведь нарезка винта в наших первобытных условиях - это та еще задача...
- А я, Сергей, и не собираюсь делать ручной пресс, - ответил главный геолог. - Зачем мне такая заморочка, если в нашем распоряжении имеется самолет, из гидравлической системы которого можно соорудить не один такой пресс. А еще у нас есть целое техническое подразделение: лейтенант Гвидо Белло со своими людьми, подпоручик, точнее, железнодорожный техник Котов, а также французские инженеры Жорж Броссар и Паскаль Кам-бер, которые помогут мне в этой работе. Прошли те времена, когда нам все приходилось делать самим из подручных материалов - теперь для инженерных работ у нас есть целая команда, а к ней - целая куча инструментов, материалов и оборудования. Главный вопрос, как я уже говорил, это изготовление пуансонов и матриц, а не самого пресса.
- Ну вот, - потер руки Гвидо Белло, - не пройти и полгода, и у нас уже есть работа по специальности. А я думал, нам теперь до конца жизни таскать круглое и катать квадратное. Придется повозиться, но я думать, что мы справиться. Штамповка - это гораздо быстрее, чем если бы уважаемый Онгхус-кузнец делал эти доспехи своим молотом. Насчет подъемного забрала на шлем еще надо подумать, потому что это сложный форма, но все остальное можно изготовить на раз-два.
- Меня радует ваш оптимизм, товарищи инженеры, - хмыкнул верховный шаман, - но разборка самолета на запчасти и изготовление пресса, не говоря уже об изготовлении дополнительных доспехов, все равно потребуют от нас немалого времени. До этого момента, если случится какое-нибудь нашествие, даже если противник будет вооружен только холодным оружием, отбиваться от него нам придется исключительно при помощи пулеметов и американских винтовок, ибо иное будет грозить нашим римским товарищам неоправданными потерями.
- Согласен, - сказал Андрей Викторович. - Патронов на пароходе много, так что не обеднеем. И вообще... Вполне возможно, что нам не придется иметь дело со швейцарцами или с аналогично вооруженными и организованными германскими ландскнехтами, и пехоту противника будет составлять обычный для раннего средневековья легковооруженный сброд. В таком случае в первую линию надо ставить классически вооруженных легионеров-щитоносцев, и ими же прикрываться с флангов, а уже за ними в четыре-пять рядов выстраивать копейщиков, которые смогут отразить атаку вражеской кавалерии, бывшей в те времена главной ударной силой войска...
- Погодите, мальчики... - строго сдвинула брови Марина Витальевна, - мне кажется, что здесь, на совете вождей, мы говорим совсем не о том, о чем следует. Планы будущей битвы, которая, возможно, никогда и не состоится, вы можете как-нибудь отдельно обсудить между собой в узком мужском кругу. Не исключено, что в тот роковой день мы увидим толпу спасающихся от резни крестьян и городских ремесленников, преследуемых по пятам конными победителями, разгоряченными множеством убийств, и тогда вам будет уже не до составления планов, выбора оружия и построений в правильные боевые порядки. Если вы поняли, о чем я говорю, то хорошенько подумайте об этом...
- Да, Витальевна, - кивнул Андрей Викторович, - мы тебя поняли, не такие уж мы тупые. Ты уж прости нас, заскорузлых сапогов, за привычку готовиться к прошлой войне. Уж такими нас создал сам Великий Дух. А теперь скажи, что именно, по твоему мнению, мы должны обсуждать на Совете Вождей.
- Ну как вы не понимаете... - вздохнула та, - мы должны обсуждать наше развитие! У нас только один кузнец с подмастерьем, и это плохо; нам нужно расширять производство продовольствия, ведь сейчас у нас меньше тысячи едоков, а к зиме их может оказаться в несколько раз больше. Помимо русского и латинского кварталов, которые уже запланированы к постройке, нам нужен маневренный жилой фонд казарменного типа, куда можно будет временно поселять разных бедолаг, внезапно свалившихся нам на голову. Я лично больше всего боюсь, что однажды придет по-настоящему крупное пополнение в пару тысяч человек, а у нас ничего не готово, и изменить что-то уже невозможно, поскольку на дворе осень, а у нас нет для них ни еды, ни жилья.
- Да, Витальевна, ты права, - сказал Сергей Петрович. - Такое вполне вероятно, причем даже без всяких забросов из других времен. За лето наши ножики разойдутся по ближней и дальней округе, а уже осенью нам потащат вдов и сирот не только из долин Гаронны и Дордони, но и из отдаленных краев Европы. И возможность забросов тоже нельзя сбрасывать со счетов. Прилететь от Посредника может такое, что потом и на голову не налезет. Не надорваться бы нам, переоценив свои возможности к бесконечному расширению... Я имею в виду не только возможность расселить и прокормить кандидатов в новые сограждане, но и способность интегрировать их в наше общество, чтобы мы задали им свои жизненные стандарты, а не наоборот.
- Отец Бонифаций, а вы что скажете? - спросила Марина Витальевна. - Ведь интеграция - это как раз по вашей части, тем более что новоприбывшие, скорее всего, будут считать себя христианами, а не какими-нибудь язычниками.
- Я могу сказать только одно, - ответил тот, - вам еще нужны люди, которые будут такие же, как вы, чтобы их не надо было перевоспитывать, а было достаточно сплотить и повести за собой. Я имею в виду ваших соотечественников, представляющих собой определенный феномен среди других народов. Никто другой не стал бы делать того, что сделать вы, и не смог бы добиться такой результат. Я молиться Бог-Отец, чтобы он прислать нам еще русских, который не называть себя христианин, как сержант4 Седов, но на самом деле им быть. А тот, кто христианин себя называть, но им не являться, есть лицемер и фарисей, тот нам не надо. Быть может, когда-нибудь потом, но только не сейчас.
- Я думаю, - сказала Ляля, до того молча сидевшая рядом с супругом, - что представители любого народа способны только на те поступки, которые заложены в их культурном коде, что называется, впитанном с молоком матери. Исключения очень редки, и только подтверждают правила. Всего есть три способа взаимодействия между разнородными группами людей: интеграция, колонизация и элиминация, сиречь геноцид. Мы русские, изначально образовавшиеся из восточнославянских племен со значительными примесями народов другого происхождения, лучше всего умеем производить интеграцию разноплеменных компонентов, при которой все части образовавшегося сложносоставного этноса равны между собой, и главная нация тоже. Ни колонизацию, ни элиминацию мы не приемлем. Еще такой же способностью обладают китайцы, только они стремятся превратить иноплеменное население своего государства в точную копию себя, а нам такого не надо. В Европе так не умеют. Интеграция там может идти только до границ языковой общности, а дальше начинаются проблемы. Немцы не способны интегрировать в свое государство французов, и наоборот, баски чувствуют себя чужими в Испании, а ирландцы -в Великобритании. Выходя за национальные границы, европейские государства начинают заниматься колонизацией, а иногда и элиминацией. И необязательно эти колонии размещаются на других континентах: в Африке, Азии и Южной Америке. Ирландия была колонией Британии, а Нидерланды - Испании. Европейцы угнетали своих бледнолицых братьев с тем же удовольствием, что и негритянское, азиатское и индейское население замор ских территорий. Те же испанцы начисто истребили и изгнали со своей территории чужеродное мавританское население, а выселившиеся за океан англосаксы совершили геноцид североамериканских индейцев. На территории самих Британских островов имели место три последовательных волны колонизации: римская, англо-саксонская и нормандская, и только потом наступила частичная интеграция, вызванная тем, что королям из династии Плантагенетов для ведения войны во Франции понадобилось навербованное из коренного населения массовое пушечное мясо. Именно поэтому никому другому, кроме нас, не придет в голову идея создать здесь, в Каменном веке, новую единую человеческую общность, состоящую из представителей самых разных народов и племен.