Грани лучшего мира

Антон Ханыгин
100
10
(1 голос)
1 0

Аннотация: Каждая страна рано или поздно вступает в эпоху противоречивого процветания. Стабильность постепенно становится застоем, а любые новшества ломают вековые устои. Множится число недовольных, упрямых консерваторов и реформаторов, идеализирующих несбыточное будущее… Алокрию постигла та же участь. Но есть люди, способные все изменить. Однако каждый из них по-своему видит лучший мир. Их интересы и желания сложились в причудливую фигуру действительности, и грани этой фигуры очень остры и опасны.

0
291
202
Грани лучшего мира

Читать книгу "Грани лучшего мира"




Глава 1

По галерее королевского дворца неторопливо прогуливался высокий худощавый мужчина в темной одежде комита Тайной канцелярии и размышлял о жизни. Точнее, о том, что с ней происходит после насильственной смерти. Ведь ничто в мире не пропадает бесследно, и непрожитые годы не являются исключением. Он знал об этом, но врата сокровищницы человеческих жизней оставались для него закрытыми. Пока что. Впрочем, можно быть вполне счастливым, даже если приходится довольствоваться тем, что имеешь.

Человек остановился, чтобы насладиться рассветом. Дворец стоял на холме в западной части города, называемой верхним кварталом, поэтому с его галерей открывался прекрасный вид на Донкар, столицу королевства Алокрии. Монарх в очередной раз решил собрать своих комитов рано и неожиданно, видимо, дело не терпело отлагательств. Но невозможно пройти мимо и не посмотреть на город, в котором невидимые работники Тайной канцелярии прямо сейчас раскрывали хитроумные сети мошенников, заговоры и попутно очищали улицы от мусора. Кто в Донкаре считался мусором — это решал он, главный шпион Алокрии Шеклоз Мим. Не работа, а настоящее искусство.

Комит с удовольствием вдохнул прохладный утренний воздух, в котором чувствовались нежные и пугающие тона едва уловимого аромата могильной земли. Утро в столице всегда приносило с собой целый спектр ощущений, но самое необычное из них просыпалось, когда начинало казаться, что нагретая мягким светом солнца кожа понемногу отслаивалась от продрогшей плоти, не успевшей отмерзнуть после холода ночи.

— Мастер Шеклоз Мим? — раздался знакомый голос в другом краю галереи. — Не очень-то вы спешите на совет.

— А, мастер Касирой Лот, уважаемый комит финансов Его Величества… — отозвался шпион, не отвлекаясь от созерцания города. — Чудесное утро, не мог не насладиться этим видом. Случайно не знаете, по какой причине наш король решил созвать совет? Последний был совсем недавно.

— Нет, не знаю.

Шеклоз кивнул и еще внимательнее стал разглядывать изгибы улиц города. Изящные вены столицы медленно заполнялись пробуждающимися людьми, которые черными точками ползали по мостовым, преследуя собственные цели или возлагая ежедневную жертву на алтарь рутины. Ночной Донкар спрятался от света солнца, и люди в очередной раз встретили другую сторону города, не замечая его свежих ран и гноящихся язв.

Комит финансов подошел к Шеклозу и встал рядом.

— В удивительное время мы живем, — произнес Касирой после недолгой паузы.

— Чем оно вас так удивляет?

— В стране царит мир, спокойствие, порядок. Но никуда не делись воры, убийцы, сумасшедшие из секты смертепоклонников. Их просто не видно с галереи королевского дворца.

— В этом проблема королей. Но ведь мы не короли, верно? Настоящий облик страны для нас не секрет. Может, именно поэтому Его Величество Бахирон Мур и держит нас при себе. Но рано или поздно король пожелает ослепнуть и избавится от нас, — комит Тайной канцелярии сдержанно улыбнулся. — Впрочем, надо идти, мы уже достаточно задержались.

"Жуткая улыбка. И мысль весьма пугающая", — подумал Касирой, но только хмыкнул в ответ и пошел за своим коллегой, который уверенным быстрым шагом направился в тронный зал. Как ни странно, в зале никого не было, кроме зевающих стражников, каких-то мелких чиновников и бездельников-придворных, копошащихся в углах как черви и неслышно расползающихся в тенях колонн.

Комиты остановились недалеко от трона. Он всегда удивлял послов других стран — обычный высокий стул, грубый и тяжелый. Это была дань традициям, которые так сильно почитал нынешний король. Шеклоз подошел к первому попавшемуся стражнику и спросил, кивнув в сторону трона:

— Где?

— В своих покоях, мастер Шеклоз Мим. Там уже почти все собрались на совете, — вытянувшись, ответил страж.

— А почему не в тронном зале?

Молодой солдат замялся.

— Я не знаю, вам виднее. Может, Его Величество не пожелал…

— Мальчик мой, — поморщившись, оборвал его комит. — Будешь мне грубить — однажды встретишь утро не в своей кровати, а сразу в нескольких частях города.

Холод, исходящий от Шеклоза, медленно заполз стражнику под доспехи, просочился сквозь одежду и присосался к содрогнувшейся плоти, выжимая из нее капли липкого пота. Шпион, удовлетворенный видом побледневшего лица перепуганного юноши, развернулся и направился к дверям в королевские покои. Касирой поравнялся со своим скрытным коллегой, который был явно раздражен и даже не пытался скрыть этого, что для него было большой редкостью.

— Зачем вы так с юношей? — осторожно спросил комит финансов.

— Не в нем дело, просто под горячую руку попал, — признался Шеклоз, остановился и посмотрел Касирою прямо в глаза. — Король созывает совет не в тронном зале, а в своих покоях.

— И в чем проблема? Не в первый раз уже.

Комит Тайной канцелярии подошел вплотную к финансовому советнику.

— Вот именно. Тронный зал — символ государственной власти, место, где решается судьба Алокрии. Совет комитов был частью этой власти. А теперь король Бахирон вызывает нас к себе в покои. В покои, понимаете? Мы больше ничего не решаем, просто докладываем. Растеряли остатки и без того невеликого влияния и стали обычными сплетниками государственного масштаба.

Комит финансов внимательно наблюдал за собеседником, который затронул опасную тему. Бахирон Мур был слишком молод, когда унаследовал корону отца. Регентом по завещанию назначили его собственного дядю, имя которого теперь запрещено упоминать в стране. Регент создал тогда прообраз совета комитов, но с более широкими полномочиями, и надо отдать им должное — справлялись они прекрасно. Но когда король стал совершеннолетним и вступил в законное правление, его дядя допустил промашку, не пожелав распускать совет и складывать с себя полномочия правителя. Бахирон с самой ранней молодости строго следовал старинным законам и традициям, а народ любил его и поддерживал. Он не оставил мятежному регенту никаких шансов и лично казнил его, когда восстание против законного наследника престола было жестоко подавлено. Члены совета расстались со своими головами, их семьи бесследно пропали, документы этого периода истории страны исчезли. Мур наглухо запечатал новые веяния в управлении страной, с тех пор ориентируясь только на старые законы и традиции, которые уже давно начали тухнуть, отравляя королевство изнутри. Его подданные пока еще были счастливы, но когда время начнет нещадно подгонять отсталое государство, им придется тащить его на своих спинах.

Однако Алокрия — большая страна, которая все-таки постоянно развивалась, обзаводилась колониями на Дикарских островах, и король больше не мог уследить за всем в одиночку. Тогда и был создан второй совет, назначены новые комиты, но с минимумом полномочий. В основном он лишь давал Бахирону некие рекомендации и предоставлял информацию по всему происходящему в стране. Комиты знали и умели очень многое, но приблизившись к власти вплотную, они так и не смогли реализовать весь свой потенциал, оставаясь "сплетниками государственного масштаба".

Остыв, Шеклоз и сам понял, что погорячился. Ему и так с трудом удавалось скрывать от короля то, что он иногда выходил за рамки дозволенного, управляя Тайной канцелярией. В конце концов, скрытные враги страны не станут дожидаться, пока Бахирон изучит их дела и даст согласие на ликвидацию угрозы.

Касирой Лот лишь усмехнулся, сводя разговор к простой шутке, обошел коллегу и молча направился в королевские покои. Оставшийся в одиночестве комит еще некоторое время постоял в коридоре, разбираясь с мыслями. Наконец он сдвинулся с места, на ходу мотая головой, чтобы развеять задумчивое состояние, и с угрюмой улыбкой вошел в покои короля, где все уже были в сборе и дожидались только его.

Король Бахирон Мур сидел во главе небольшого прямоугольного стола, за которым расположились остальные советники. На нем не было ни короны, ни мантии, даже четыре перстня, символизирующие три провинции и объединяющую их Алокрию, просто лежали перед ним. Его жена, королева Джоанна Кассия, сидела рядом с мужем, но не за столом, тихо напевала какую-то мелодию и читала истрепанную временем книгу. Она была тем редким человеком, к мнению которого прислушивался король.

На Шеклоза никто не обратил внимания. Присутствующие тихо переговаривались между собой, монарх молчал. Опоздавший комит сел на единственное свободное место и профессиональным взглядом окинул своих коллег, подмечая мельчайшие изменения с момента их последней встречи.

По правую руку от Бахирона сидел старый друг и соратник короля, ныне назначенный комитом армии, Илид По-Сода. Его имя выдавало в нем выходца из градомской знати провинции Мария, что находится на востоке Алокрии. И то, что он сейчас занимает столь высокий пост в стране, большая редкость, ведь в западной провинции Илия, где и находилась столица Донкар, к марийцам относились крайне пренебрежительно или даже презрительно, отзываясь о них как о деревенщине с завышенным самомнением и нелепым преклонением перед местной знатью, называемой там старыми семьями.

Однако и по левую руку от короля сидел мариец — комит дипломатических миссий Таис По-Конар. Единственный, кто позволял себе открыто пользоваться властью при Бахироне. Впрочем, как бы сильно ни раздражался король его самодеятельностью, все всегда оборачивалось в пользу государства. Именно благодаря этому человеку Алокрии до сих пор удавалось жить со своими соседями относительно мирно. Конечно, этот мир был бы невозможен без сильной армии.

Шеклоз пробежал глазами по остальным. Патикан Фед, комит Академии и глава факультета алхимии. В совет вошел недавно, удостоившись этой чести из-за быстрого развития алхимических наук и роста значения Академии в стране. Но он оставался весьма далеким от политики ученым и, честно говоря, совершенно не понимал, что он здесь делает и зачем. Своего рода антиподом ему был Карпалок Шол, комит Церкви Света, иначе говоря — Спектр, религиозный лидер Алокрии. Впрочем, король к вере относился весьма сдержанно, как к одной из традиций, поэтому сейчас старику Карпалоку оставалось только вспоминать былую власть.

Комит финансов Касирой Лот. Для всех он был талантливым экономистом и управленцем, но глава Тайной канцелярии знал и об умеренном воровстве, и о взятках, и об остальных нелицеприятных аспектах тайной жизни Касироя. Впрочем, Шеклоз видел в нем родственную душу, человека, который не обманывает себя ложными чувствами и ожиданиями окружающих его людей, а принимает себя таким, какой он есть, со всей своей грязью и гнилинкой. Уж не это ли по-настоящему честный человек?

И наконец, комит колоний Мирей Сил. Когда создавался новый совет комитов, он был адмиралом алокрийского флота. И смены палубы флагмана на стул в кабинете в его планах не было, из-за чего теперь Мирей ощущает себя не на своем месте. Моряк оставался моряком даже при короле, правда, без морской воды и соленых ветров он совсем рассох, сделался раздражительным и мечтал о дне, когда сможет вернуться в море или хотя бы умереть. Однако пока его заветному желанию не суждено было сбыться — рост числа колоний и их сообщение с метрополией требовали постоянного надзора со стороны опытного человека. И Бахирон видел такого человека в Мирее Силе, который ныне вынужден изнывать на суше в четырех стенах роскошного кабинета заваленного бумагами. А ведь чтение бывшему полуграмотному моряку, дослужившемуся до адмирала, давалось с большим трудом.

Скачать книгу "Грани лучшего мира" бесплатно

100
10
Оцени книгу:
1 0
Комментарии
Минимальная длина комментария - 7 знаков.
Комментариев еще нет. Вы можете стать первым!
Внимание