Затерянный замок
![Затерянный замок](/uploads/covers/2023-07-30/zateryannyj-zamok-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Затерянный замок"
* * *
В Лиатхане театр Майта задержался надолго, на целых три месяца, зрителей, никогда ничего подобного не видевших, а оттого щедрых, хватало каждый день, и старшие актеры решили, что от добра добра не ищут. Пока есть возможность давать представления в этом огромном городе, надо ею пользоваться. На юге актеров, как выяснилось, не гоняли, как на севере, и это им очень понравилось.
Найра жила полной жизнью и была полностью ею довольна. Она гадала всем желающим, вот только не всегда и не всем говорила полную правду, откуда-то зная, сможет человек ее принять или нет. А то некоторые, услышав правду о себе, могли и убить слишком много видящую гадалку, так что чаще всего лучше промолчать, а нагадать обычный набор благоглупостей — удачу, любовь, богатство, детей и прочее-всякое. Но некоторым, чья мятущаяся душа была видна в их встревоженных глазах, Найра рассказывала все, что их ждет, а также то, что нужно сделать, чтобы страшное предсказание не сбылось. Или, наоборот, чтобы сбылось доброе и светлое. Таково было ее предназначение, и девушке оно нравилось. Ничего другого для себя она не хотела. Да и зачем? Она довольна своей жизнью, мир доволен ею, что еще надо? По мнению Найры, ничего больше ей и не требовалось. Разве что иногда новое красивое платье, да симпатичные, выносливые парни на ночь.
С утра какое-то беспокойство не давало молодой гадалке покоя, они не находила себе места и понимала, что должно что-то случиться. Но что? И с кем? С ней самой или с кем-то другим? Она не знала и нервничала. В город девушка решила не ходить, чисто на всякий случай, решив помочь в приготовлении ужина — так всяко безопаснее. На стоянку точно не нападут, лиатханский граф такого не потерпит. Хотя кому нападать? А главное — зачем? Кому могут понадобиться безобидные циркачи?
Девушка чистила клубник, продолжая ощущать неудобство и неуверенность, когда раздался какой-то шум, а потом громкий плач. Она выронила нож и буквально вылетела к крайним фургоном. Возле них дядюшка Охт с хмурым лицом утешал плачущую у него на груди гимнастку Сору, тоненькую, как тростинка, шатеночку с большими карими глазами, нанятую в Шейнаре. Старый клоун кусал губы и сжимал кулаки. Рядом стояла понурая, заплаканная Заора, у нее тряслись руки и губы. Из носа акробатки тянулась струйка крови, акробатка то и дело вытирая ее и шмыгала.
— Что случилось⁈ — вскрикнула Найра.
— Изнасиловали… — хмуро ответила Заора. — Мешки на головы нам с Сорой возле южной стены накинули и… Чего-то голосили над нами… Страшно было… А когда все кончилось, мы мешки снял, а никого уже нет… Только… Вот…
И она протянула руку, к которой прилип пульсирующий гнилостным светом, очень хорошо знакомый гадалке короткий жезл, от одного вида которого ее затошнило. Девушка схватилась за голову, выдохнув:
— Ой, мамочки!
— Ты знаешь, что это такое? — строго посмотрел на нее дядюшка Охт.
— Знаю… — в отчаянии простонала Найра. — Меня в Олантане точно так же изнасиловали, а после того вот такой жезл на руке прилипшим заметила и никак отодрать не могла. Повезло, что там рядом дом местного чародея был, он помог, снял, да все сокрушался, откуда такая гадость взялась, ее, мол, еще во времена Даргала изничтожили. Этот жезл за ночь человека в тварь превращает!!!
— Святые боги!!! — выдохнула в диком ужасе Сора и снова зашлась в рыданиях.
Зара с не меньшим ужасом посмотрела на свой жезл и попробовала оторвать его, но не смогла, после чего тоже заплакала. Однако это оказалось еще не все. Сквозь толпу ошеломленных циркачей протолкались Кен с Макотом и протянули вперед руки, к которым прилипли такие же жезлы.
— А вы-то как исхитрились⁈ — изумилась Найра. — Для этого же изнасилование нужно, мне чародей говорил! Вы же мужчины!
— Да, это… — отчаянно покраснел акробат. — К нам девчата в красных масках пристали, ну такие, ну… огонь просто! Мол, понравились мы им страшно, хотят нас вот прямо щас, только чтобы мы ничо не делали, они, мол, все сами, сверху… Ну кто ж из мужиков от такого откажется, если не совсем дурак?.. Ну такие ж девчата, ну просто ж огонь! Там фигуры, ой мама… Мы, это… Ну, и… Они нас… Это ж чего-то такое было, чего никогда еще не было! Мы аж обеспамятовали оба! А девчата взяли и сбежали, пока мы в себя приходили… Встали, глядим, а на руках вот это висит…
— И что теперь делать? — глухо спросил старый клоун.
— Мне тот чародей, что в Олантане помог, мэтр Келанх, список дал, к кому в каждом городе пойти можно, коли беда случится! — вспомнила гадалка.
— Так неси его скорее! — раздраженно рявкнул дядюшка Охт, которому известие о том, что четверо из их театра могут превратиться в тварей, многих нервов стоило. А случись это ночью, они б вообще всех перерезали!
Найра опрометью ринулась к своему фургону, где спрятала список в сундучок, положив рядом с Книгой, к которой уже немного привыкла, по крайней мере, она девушку больше так не пугала. Достав пергамент, гадалка понеслась обратно, где отдала его клоуну. Тот принялся быстро водить по строчкам пальцем, бормоча себе под нос:
— Так, это север, не надо. Это центр. Ага, вот юг. Интар, Кейсаро, Наро. О, вот Лиатхан! Здесь целых двое есть, но второй далеко живет, а вот мэтр Шилард возле рынка, на Синей улице. К нему и пойдем.
Немного помолчав, он приказал:
— Всем там нечего делать! Чародеи толп не любят. Пойдем всемером, я, Руго, Найра и четверо пострадавших. По дороге страже надо про изнасилование заявить, местный граф насильников сильно не любит, их, коли поймают, на колья рассадят, чтоб другим неповадно было.
Терять времени не стали, и вскоре семеро циркачей поспешили в город. Впустили их беспрепятственно, а там дядюшка Охт сразу направился к лейтенанту, отличавшемуся от остальных стражников плюмажем на шлеме.
— Простите, господин офицер! — низко поклонился он. — У нас двух девок снасильничали жестоко, в городе, это к кому мне идти?
— Снасильничами? — нахмурился лейтенант. — Вот паскудство! Да ваши ж девки и так дают… Попроси, подари чего-нибудь, и все…
— Дают, — подтвердил старый клоун. — Но вот…
— Вот скоты! — укоризненно качнул плюмажем офицер. — Знать так, слева от рынка управа стражи, туда зайти и все обскажи. Коли найдут твоих насильников, то мало им не будет.
— Благодарствую! — опять поклонился дядюшка Охт и поспешил в сторону рынка, рядом с которым и чародей жил, и управа находилась.
Шли довольно долго, Лиатхан — город большой. Солне уже заходило, когда циркачи постучались в дверь большого дома, над которой висела вывеска в виде чародейского колпака. Им открыла служанка и недовольно спросила, чего надобно. Дядюшка Охт принялся было рассказывать, но тут служанку отодвинул в сторону какой-то громила в шелковом халате, причем, совсем не старый. Не сразу до клоуна дошло, что это и есть местный чародей.
— От мэтра Келанха, говоришь? — пробасил он. — И с чего он ко мне прислал?
— Сказал, что можно обратиться, если большая беда придет, — вышла вперед Найра. — Вот, целый список дал в каждом городе.
— Келанх⁈ — ошалело вытаращился на нее мэтр Шилард. — Целый список? С чего такая милость? Ты кто такая, дитя⁈
— Хранительница… — призналась девушка. — Книги… Той самой…
— Не ори об этом, дура! — прошипел чародей, опасливо окинув взглядом улицу, но не ней, к счастью, никого не было. — Заходите быстро и показывайте, что там у вас такое.
Оказавшись в большой прихожей, Найра велела подругам и друзьям показать приросшие к рукам гнилостные жезлы. При виде них мэтр Шилард шарахнулся в сторону, врезался в стену и принялся изощренно материться, поминая в нелицеприятных выражениях всех родственников и Даргала, и гадалки, и вообще всех вокруг.
— С меня мэтр Келанх такой же снял в Олантане… — тихо сказала Найра, когда чародей немного успокоился.
— Вот оно что… — хмуро протянул чародей. — То-то я думал, с какой стати он всех нас предупредил о новом появления жреческих жезлов… Но четыре сразу? Это как-то слишком… И почему они?..
Он всмотрелся в пострадавших слегка засветившимися глазами, после чего кивнул, вздохнул и проворчал:
— Ясно. Все четверо — слабые, необученные чародеи.
— Мы огненные шары и водяные плети с другом запускать умеем! — возмутился Макот. — И защиту ставить! Нас Сейла, ученица Кейсава, обучила.
— Это которого Кейсава? Ученика Фаэра, что ли?
— Ага, — подтвердил акробат.
— Тогда ясно, — кивнул мэтр Шилард. — А девушки даже не инициированы, но дар хорошо заметен. И ты, сволочь, их увидел, но в ученицы брать не захотел, слишком слабы. Решил подконтрольных одаренных тварей себе наделать? Покорных и готовых на все? Это ты зря, этим ты перешел грань нашего невмешательства. Теперь не жалуйся, если получишь по заслугам…
Голос чародея шипел и перекатывался, в нем слышался нечеловеческий, жуткий гнев, от которого циркачей бросило в холодный пот, они сразу сообразили, что он обращался не к одному из них, а к тому, кто всю эту историю с жезлами затеял. И ни один этому незнакомцу не позавидовал.
Снятие проклятий мэтр Шилард провел еще быстрее, чем его олантанский коллега, после чего выдал выздоровевшим защитные серебряные медальоны и поспешил их выпроводить, отмахнувшись от попытки заплатить.
Проводив уходящих циркачей взглядом, Шилагренн, акала, которому не так давно перевалило за четыре тысячи лет, вернулся в дом. Следовало срочно связаться со всеми доступными на данный момент сородичами и сообщить, что новый Даргал перешел все и всяческие границы, тем самым почти полностью развязав им руки. И вскоре он о своих опрометчивых действиях сильно пожалеет. Такое не прощают.