Переворот
![Переворот](/uploads/covers/2023-07-31/perevorot-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Дмитрий Орёл
- Жанр: Любовная фантастика
Читать книгу "Переворот"
Тяжело бороться с собственным эгоизмом и гордыней. Кому хочется признавать такие крупные провалы? Вспоминая все мудрые слова, услышанные за жизнь, мужчина пытался настроиться на позитив. А как там дочка и жена? До Ларгуса дошло, что за эти дни он даже не поинтересовался ими. Набравшись смелости, он первым делом решил позвонить тёще. Та по видеосвязи смотрела на него без упрёков, и понимала всю тяжесть зятя. Обменявшись несколькими словами, женщина пригласила бывшего главу к себе.
Тот быстренько собрался и отправился к родным. Несколько мгновений, и вот человек крепко обнимает свою жену у порога дома. Поблагодарив её за любовь и терпение, Ларгус заплакал, впервые показав своей супруге слёзы. Мужчина попросил прощения за свою слабость, но девушка лишь улыбнулась и сказала, что наоборот видит силу. Оба зашли в дом, подбежала дочка. Эти объятия были дороже всего на свете — маленькие счастливые глаза переполнялись радостью при виде папы. А тот настолько ожил, что вновь позволил себе проплакаться. И снова объятия — уже с тёщей. Вдоволь пообщавшись с женским полом, Ларгус поздоровался с тестем и отошёл с ним в сторону, чтобы начать мужской разговор.
— У меня для тебя есть подарок, — старик протягивает футляр. — Открой его.
Тот делает, как попросили:
— Но здесь ничего нет.
— Думаешь?
Мужчина пытался найти скрытое дно или скрытые символы, но вопросов становилось только больше.
— Извините, но я не понимаю.
Старик мило улыбался, но не стал мучить юного, по своим меркам, человека.
— Скажи мне, что с тобой станет, если ты лишишься моих девочек? Что будет, если я вдруг заявлю тебе, чтобы ты больше никогда не приближался к моей дочери и внучке?
Вопрос совсем не понравился Ларгусу. Но тон старика был слишком доброжелателен. Потому вопрос скорее всего нёс чисто философский характер.
— Мне бы не хотелось думать об этом, господин Штайнер.
— И всё же. Представь, что у тебя больше нет возможности связаться с нами. Всё, мы пропали за этой червоточиной или как её там — разломом?
— Ну… я буду потерян, мне будет неприятно. И я… я понятия не имею, как буду жить без своей Беатрис и Энни.
— Допустим. Но представь себе, что спустя время ты идёшь по улице и видишь, как девушка попала в беду. Она застряла в горящем доме, и только ты можешь ей помочь, потому что находишься ближе всех. Ты пройдёшь мимо? Давай только без уловок, отвечай честно.
— Конечно, я спасу её, — ответил мужчина, едва дослушав конец вопроса.
— Предположим, эта девушка оказалась не менее прекрасной, чем моя дочь. Может, даже её копия или сестра. Что тогда? Ты всё ещё будешь думать, что жизнь с тобой жестока? Что у тебя ничего нет? Станешь ли ты жалеть себя в этом случае.
— Конечно, не стану.
Старик глубоко вздохнул, глядя куда-то вдаль, и продолжил:
— Знаешь, когда-то мой мир тоже был сломлен. Была поддержка со стороны, но в конечном итоге спас себя только я сам. Ты просто должен понять сейчас, если ещё не понял. Что каким бы жесток не был мир вокруг, имеет значение только то, что ты чувствуешь. И чувства эти выбираешь ты сам. Ты и только ты творец своего внутреннего мира. И покуда в нём будет спокойно, никакие внешние обстоятельства не способны будут сломить твой дух. Я бы ещё пригрозил тебе, но думаю, в твоём случае это будет лишним.
Старик посмотрел на шкатулку в руках Ларгуса, поднял на него глаза и продолжил смотреть вдаль, ожидая, когда зять озвучит свои мысли.
— Я, кажется, понял. Шкатулка символизирует меня самого, мою защиту. И только мне решать, что хранить в ней, и что является для меня самым ценным. И какими бы не были внешние обстоятельства, нужно беречь шкатулку, то есть, самого себя, чтобы беречь что-то по-настоящему ценное.
— Да вы, господин, Ларгус, философ. Ты прав, сынок. Ты и есть то ценное, что остаётся с тобой до конца жизни. Спаси себя — спасёшь тысячи. Одна из моих любимых фраз. Раньше я находил её эгоистичной. Пока до меня не дошёл её истинный смысл. Вот ты всё это время пытался спасти других. И к чему это привело? Люди в этом даже не нуждались. И как заявил Управляющий, вы сделали только хуже.
Выдержав паузу, старик продолжил.
— Признаться, если бы твоя хандра затянулась, мои слова насчёт девочек стали бы для тебя утверждением, а не вопросом. Я надеюсь, ты меня понял.
— Да, господин Штайнер. Благодарю за подарок и этот разговор.
— Хе-хе, благодари свою внутреннюю силу. Ведь ты сейчас здесь, а не вусмерть пьяный или тюрьме. Идём в дом, жена приготовила вкуснейшие бриксы. Пикники во дворе уже не устроишь — морозные зоны снова сместились в нашу сторону.
Бриксы — "мясные" растения, напоминающие по виду толстую траву в виде прутьев с цветком жёлтого цвета на конце.
За ужином люди замечательно провели время — рассказывали истории, смеялись, высказывали слова поддержки. Утром молодая пара уехала снова к себе. Устроившись удобно на диване и взяв в руки планшет, Ларгус решился на подчинение Системе. Он прекрасно понимал, что фактически уже давно живёт в ней и участвует в алгоритмах машины. К этому времени Беатрис уже была в сети. Она сидела напротив мужа и кивком дала понять, что время пришло.
Глубоко вздохнув, мужчина нажал на заветную кнопку подтверждения. Осталось подождать, пока установятся все необходимые данные и произойдёт их перерасчёт. А пока идёт процесс, Ларгус решил пролистать ленту новостей. И всё бы ничего, но двое из его бывших сослуживцев, как выяснилось, погибли неестественной смертью в тот самый день, когда Орден перестал существовать.