Нелёгкое дело – укротить миллионера
![Нелёгкое дело – укротить миллионера](/uploads/covers/2023-08-03/nelyogkoe-delo-ukrotit-millionera-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Диана Билык
- Жанр: Неотсортированное
Читать книгу "Нелёгкое дело – укротить миллионера"
Глава 4
=Мышь=
– Может, сначала представитесь? – вранье стоит поперек горла, но таковы правила – он должен поверить в этот бред, иначе… Иначе я потеряю самого близкого человека. – И не хамите, я терпеть не буду, – перевожу взгляд на руку, что готова нажать на коммутаторе вызов.
Видеть перекошенную рожу того, кто был всегда на кону и ни в чем не нуждался, оказывается до жути смешно. И приятно. Я едва не засмеялась в голос. Губы дрогнули, на глаза набежала влага. Смешно мне будет потом, когда он дотянется до моей шеи и сломает ее. Или сделает что-то похуже. От одной мысли, на что он может решиться, у меня перед глазами плывет черный туман.
– На «вы» и шепотом со мной? – хмыкает, криво изгибая рот. – Правильно, детка, унижайся, будешь еще носки мои стирать и языком туфли вылизывать. Я тебе не куколка, чтобы косички заплетать и одежку шить. Со мной играть не получится. Чего тебе надо, а, сучка? Как ты оказалась дочерью моего отца, а я проходимцем за один день? Это шутка такая?! Я нихрена не понимаю!
– О чем вы говорите? – чтобы не обжигаться его полыхающим ненавистью взглядом, смотрю в окно. Сегодня жарит не по-детски. Хочется к бабушке в деревню, на озеро, а я застряла здесь, в офисе. С мажором, у которого нет ничего святого.
Осматриваю мужчину украдкой, слегка повернув голову. Рубашка порвана, в грязных кляксах, пятнах краски. В разрезе, что не застегивался из-за оторванных пуговиц, выглядывает крупная грудь. Она поднимается и опускается от возбужденного дыхания.
– О том, что я поехал к дорогому папочке, а он меня… – Руслан показывает в воздухе кавычки, – якобы не узнал и вышвырнул прочь. Я – Коршунов, а не ты! Я, твою мать!
Он встает, я тоже. Стул падает назад. Подношу указательный палец к кнопке, напоминая об охране. Мужчина, сверкнув глазами, останавливается в шаге от стола, поджимает разбитые губы, что месяц назад искусно целовали меня и затянули в ловушку, и все-таки отступает. Руслан шумно садится, а я стараюсь не сорваться и не спрятаться под стол от страха. Как же сложно, никогда не думала, что в такое дерьмо вляпаюсь.
– Ладно, – поднимает мужчина примирительно руки, – я спокоен. Я очень спокоен. Жрать просто хочу.
– Ничем не могу помочь, – говорю в сторону. Не хочу на него смотреть. Уже не сажусь, потому что тянуться за упавшим стулом – давать ему повод наброситься.
– Можешь, – и взгляд хищника пробирает меня до костей ледяным холодом.
– И как же? – все-таки ловлю его взгляд, приподнимаю бровь и складываю руки на груди, чтобы этот мужлан не пялился. Надоел – раздевать глазами!
– Возьми меня на работу, – он немного наклоняет голову и скупо улыбается. И я улыбаюсь. Украдкой. Потому что все идет по плану.
Едко зыркнув и прищурившись, он ждет ответа и сжимает кулаки. Задумал что-то.
– Разве что уборщиком, – сдавленно и не натурально хохочу, а во рту собирается горечь и слюна. Приходится протолкнуть гадость в себя и еще сильнее сжаться.
– Согласен, – он подрывается и протягивает мне руку для пожатия, будто закрепляет договор. Увидев, что ладонь и пальцы в крови и грязи, прячет руку за спину. – Только мне бы небольшой аванс.
Его живот отзывается урчанием, а мужчина немного отступает. Стесняется? Коршун? Это что-то новенькое.
– И можно я буду ночевать в офисе? – еще глуше, подавленней. – Буду вести себя хорошо, слово даю.
– После того, как вы преследовали меня, забрались в мой дом, а здесь устроили скандал, я вас не на работу, а в тюрьму должна отправить. – Шаг в сторону под пристальным взглядом, будто под прицелом.
– Не надо, я как раз оттуда, – смотрит исподлобья и снижает обороты голоса, отчего по коже скачут новые мурашки: – Мышь… простите. Агата Евгеньевна, вы не пожалеете. Я буду примерным работником.
Вранье! Тянусь снова к кнопке вызова, я должна его вывести на правильное решение, а мужчина с хрипом повторяет:
– Слово даю. Пожалуйста. Вы… же не можете оставить нуждающегося в беде.
Как-то слишком просто все получается. Меня это пугает.
– Погодите, – убираю руку от коммутатора. Уже на «вы» перешел – прогресс. – Кто-то только что угрожал своими грязными туфлями. Обзывал… всячески некрасиво, обещал наказать. Что там еще было?
Ох, недобрый свет появляется в его глазах. Мысли в той темноволосой головушке явно кипят, а вслух мужчина произносит:
– Это я от голода. Три дня не жрал нормально. Извини-и-ите, – последнее звучит жалко и не по-настоящему, я даже стискиваю зубами, так противно от фальши.
Бабуля учила меня идти навстречу тем, кто просит прощения, но сегодня меня терзают сомнения. Наплачусь я с этим обормотом, ой, наплачусь, но ничего не остается – должна идти дальше. Иначе нельзя.
Я прикрываю ладошкой нос, потому что концентрация ужасного запаха от мужчины невыносима, а вранье настолько пролезло под кожу, что все тело зудит. Хочется раздереть себя до крови, только бы убрать это ощущение грязи.
– Сходите в душ на второй этаж. Егор выдаст рабочую одежду и аванс, а потом подпишем договор. Если он вас не устроит, распрощаемся. Считайте, что это жест доброй воли. Благотворительность. – Все-таки приподнимаю упавший стул, но Руса не теряю из видимости, готова в любой момент вызвать охрану. Но мужчина просто сидит и наблюдает своими глазами, будто кислотой меня поливает. Сажусь и отворачиваюсь к экрану компьютера, будто потеряла к мужчине интерес, хотя внутри все колотится и трясется от нервов.
– Не задерживаю. – Не глядя на него. Обойдется.