Читать книгу "Танос"
— Это ужасно. Ты делаешь ставку на нашу печальную судьбу? Нашу боль? Ты… Ты — зло.
— И что? Я был низвергнут не просто так, а ты… Парис Антониу, ты был рождён и отправлен сюда с определённой целью.
Сердце у Париса грохотало так сильно, что было странно, как оно не вырвалось из груди. Сказанное этим существом — богом или дьяволом — было омерзительным.
— Думаю, на сегодня лекций достаточно. Теперь… Просыпайся.
Парис, вздрогнув, очнулся и уставился на напоминавшую половину черепа маску на лице Таноса. К его изумлению, то, что пугало раньше, сейчас принесло облегчение.
— Ты вернулся, — произнёс вампир. Парис сглотнул, огляделся и заметил в комнате обеспокоенного Лео и хмурого Аласдэра. — Мы знаем, где ты был. Лео подсказал. Что он говорил? Чего они хотят?
Парис моргнул, глядя в пронизывающие голубые глаза, и сказал правду:
— Они хотят вашей смерти.
ГЛАВА 10
Айседора перенеслась к Диомеду сразу, как только смогла успокоиться и отыскать его. Она оказалась в камере рядом с залом и вновь забеспокоилась, заметив Василиоса в центре унылого помещения вместе со своим господином.
Боги, что здесь произошло?
Стоило ей появиться целиком, как Диомед обернулся с тревогой на обычно серьёзном лице — его эмоции тесно переплетались с эмоциями Исы. Он почувствовал её страх и волнение и мгновенно приблизился.
— Что такое, miikri mou polemistria?
— Итон, — сумела выговорить вампиресса, вспоминая увиденное, но не находя для описания слов. А ещё она никак не могла избавиться от страха, который внушало это место.
— Нет. Его здесь нет, — ответил Диомед, дотронувшись до её руки в успокаивающем жесте.
— Знаю. — Иса взглянула на Василиоса.
Он, одетый в халат, стоял позади Диомеда с каменным выражением на лице и пристально смотрел на брата и его первообращённую. Но все внимание было направлено на Ису, и сила этой концентрации была пугающей.
— Айседора, что ты имела в виду под «знаю»?
Она опустила взгляд, пытаясь подумать над словами и в то же время понимая, что если она ошибается и обвинит старейшину в том, что ему, возможно, поручили сделать, то окажется по уши в дерьме.
— Я только что видела его.
Иса слегка подняла глаза, когда старейшина подошёл ближе, внимательно на неё посмотрел и, крепко сжав губы, пытался проникнуть в разум.
Она впустила Василиоса, чтобы тот мог увидеть всё сам, поскольку даже не надеялась подобрать верные слова.
Вспомнила горящие красным глаза, жестокую хватку на горле Элиаса и убийственный зловещий рык в свою сторону. Затем, внезапно, как это случилось и в реальности, она подумала о вспышке узнавания в глазах давно знакомого старейшины. Того, кто всегда был добр.
Голубые глаза Итона пробились через пелену этого гнева, и он увидел её, а затем вновь был поглощён тем, что сотрясало его изнутри.
— Будь всё проклято. — Василиос резко отвернулся.
— Брат? Значит, это правда. Итон? — Диомед последовал за ним.
— Да, он. И теперь нас ждёт серьёзное противостояние. Итон похитил твоего раздражающего человека.
— Элиаса. — Господин оглянулся на Айседору.
Та сглотнула комок в горле и с трудом кивнула.
— Логично, — заметил Василиос. — Он мстит тому, кто ему навредил. Кто ранил его Таноса. Я бы поступил так же.
— Причина не имеет значения, — отозвался Диомед, и его голос пробрал Ису холодом до самых костей. — Нужно его найти, сейчас же.
— Понимаю. Но как, по-твоему, это сделать? Он визитной карточки не оставил. Откуда знать, куда он утащил засранца?
Айседора следила за разговором вампиров, которых почитала и уважала, вознеся на пьедесталы, и чувствовала, как страх растёт десятикратно. Если уж старейшины тревожатся насчёт Итона, то что будет с Элиасом?
Прежде она видела их в подобном состоянии, только когда над всем их видом нависла угроза в обличье полубогов. Что же тогда из себя представлял Итон?
— Танос, — проговорил господин. — Мы используем Таноса.
— Не сработает. Итон разорвал связь.
Айседора ахнула и прикрыла рот ладонью. Боже. Итон разорвал связь с первообращённым? Бедный Танос. Она и представить не могла, что значит потерять такую значимую часть жизни. Словно половина тебя умирает.
— В самом начале они не были связаны, и всё работало. Сила, которую привносит Танос. Его контроль, который вытащит Итона из бездны.
Слушая старейшину, Айседора не могла представить или связать это описание с привычным Таносом.
Аласдэр был серьёзным.
Иса — соблазнительницей.
А Танос — плейбоем. Неизменно очаровательный, с хорошо подвешенным языком и талантом к самой запутанной и убедительной… лжи.
Ха, судя по всему, именно Танос был самым способным. Он всегда представлял отношения с Итоном просто близкой дружбой. Видимо, это было самой большой ложью, скрывающей то, о чём Иса и Аласдэр даже не подозревали.
Она обнаружила, что внешность может быть обманчива.
— Согласен с тобой, Диомед, — заметил Василиос. — Но ты, похоже, забыл, что Танос почти не похож на прежнего себя. Он обижен и так увяз в страданиях своего жалкого существования, что наплевал на происходящее с Итоном. Или, если уж на то пошло, со всем нашим видом. — Василиос начал расхаживать по камере, качая головой. — Из-за того, что здесь случилось, меня подмывает удовлетворить желание Таноса и убить его. Нужно вернуться в мои покои. Узнать, что сделал этот человек, Парис. Какое значение имеет тот факт, что он может отбирать у вампиров жизнь. Судя по всему, он ничего не понимает, как и Леонид, иначе применил бы эту силу, когда я его схватил.
— А что с Итоном и Элиасом? — спросил Диомед.
Василиос повернулся к Айседоре и её господину. Вампиресса увидела, как старейшина изогнул бровь.
— Если я правильно помню, однажды этот Элиас заявил, что у меня нет власти. Что всё происходит неслучайно. Ну, давайте посмотрим, что же он придумает. Он изворотлив и, я уверен, найдёт способ спастись.
Айседора приоткрыла рот, поражённая, что Василиос просто доверил Элиасу их судьбы. Она хотела было возразить, но почувствовала прикосновение к своей руке. Диомед услышал её мысли и попросил пока не спорить. Иса моргнула, понимая, что беспокойство написано у неё на лице.
«Не беспокойся. Думаю, что Василиос прав. Элиас Фонтана — боец. Он — потомок охотницы Артемиды, и если боги ввязали нас в эту игру, значит, он на своём месте».
— Согласен. — Василиос ни в малейшей степени не был смущён тем, что подслушал приватную беседу.
— Но ты не видел Итона, — вмешалась Иса. — Он…
— Поверь, мы видели много хуже, — перебил Диомед. — Отпусти нас. Позволь найти Таноса и этого Париса, и мы поймём, как выследить Итона и человека, за которого ты так глупо переживаешь.
Айседора кивнула, доверяя Диомеду не только свою жизнь, но и жизнь Элиаса. Прямо перед тем, как они покинули камеру, она услышала голос Василиоса у себя в голове и поняла, что он обращается также и к Диомеду: «Если ты думаешь, что Итон ужасен сейчас, просто подожди… Даже представить не могу, с какой яростью мы столкнёмся, когда он узнает, что вы затащили предателя в постель».
— Ты не помогаешь, Василиос, — рыкнул Диомед.
— Я всего лишь пытаюсь подготовить её к тому, брат, что произойдёт. Теперь пойдём, нужно отыскать остальных.
ГЛАВА 11
— Оставьте нас на минуту, — обратился Танос к Аласдэру с Лео, не отрывая взгляда от смотревших на него карих глаз.
— Я думаю, нам тоже стоит услышать, что он…
— Оставьте. Нас, — прорычал Танос и посмотрел на Аласдэра так, что не оставил сомнений: кузен должен уйти.
Глянув на Париса, Аласдэр еле заметно склонил голову:
— Как пожелаешь. Леонид, пошли.
Не дожидаясь, пока эти двое уйдут, Танос обернулся к мужчине в своих объятиях:
— Что с тобой случилось?
— Я… я не знаю, — ответил Парис и поднёс руку ко лбу. — Я был здесь и смотрел, как ты уходишь, а потом… — Он запнулся, и пальцы возле виска задрожали. — Потом всё потемнело, и я оказался совсем один. С этим голосом.
Танос не понимал, почему потянулся к пальцам Париса, переместил его руку вниз к коленям и крепко сжал, пытаясь успокоить.
— Поговори со мной. Расскажи, что ты видел, Парис Антониу.
Парис моргнул пару раз и облизнул нижнюю губу.
— Я ничего не видел. Совсем. Там было темно. Как в твоей комнате. Ничего не видно уже на расстоянии вытянутой руки. Но голос… он был пробирающим до костей.
В подтверждение его слов тело Париса пробила дрожь, и Танос удивился, как он смог поверить в то, что этот мужчина замышлял против него зло.
— Что он тебе сказал? Расскажи мне.
Парис распахнул глаза, а затем сильно нахмурился.
— Хорошо, но сначала… до этого мы с тобой разговаривали.
«Нет, — подумал Танос, — мы закончили разговаривать, потому что ты попросил сделать то, что я не хотел».
— И я попросил тебя кое о чём.
«Да. О том, что я не могу сделать».
— А я хочу этого… Сними капюшон. Маску можешь оставить. На это я не надеюсь. Просто… покажи, с кем я говорю. Мне до чёртиков надоело, что меня постоянно держат в неведении. И тогда я расскажу тебе то, что знаю.
Танос отпустил руку, которую бессознательно держал до сих пор, и привалился спиной к кафельной стенке.
Парис… он был настойчив.
Тогда в покоях Парис спрашивал, почему он прячется. Потом раз за разом просил показаться, и вот сейчас снова хочет увидеть то, что наверняка не сможет никогда забыть.
— Я отказываю в твоей просьбе не из-за упрямства. — Проговорив это, Танос понял, что сказал правду. Поначалу он не хотел никого видеть, потому что беспокоился о реакции, которую может вызвать. Теперь не хотел показывать лицо из-за страха, что увидевший его испытает ужас, который будет невозможно забыть. — Я видел, как ты вздрогнул, когда увидел мою маску. Но то, что под ней, гораздо хуже.
Парис поёрзал и сел, стараясь не касаться Таноса, и тому захотелось дать наконец то, что человек так очевидно желал. Вампир не знал точно, но был почти уверен, что причиной тому стала невинность, светившаяся в карих глазах.
— Прошу тебя, — проговорил Парис. — Не важно, что ты покажешь, теперь меня ничто не испугает.
При этих словах губы Таноса дрогнули. «Он так старается быть смелым. Но даже не представляет, о чём просит».
Эта храбрость восхищала вампира, хотя ему и хотелось, чтобы человек прекратил настаивать. Встретиться лицом к лицу с его видом всегда требовало отваги, но судя по тому, через что Парис прошёл за последние сутки, ему явно хватало силы духа.
— Откуда тебе знать, испугаешься ты или нет? Ты же ещё не видел то, о чём просишь, — проговорил Танос и с удивлением отметил, что до сих не сбросил мужчину с колен и от себя подальше.
«Нужно заканчивать с этим, — подумал он. — Нужно сказать ему оставить эту затею, пока не поздно». Парис медленно поднял руку, и Танос, перехватив её за запястье, неожиданно потребовал: